Бабий Яр.

   За два дня 29-30 сентября 1941 года в Киеве, в Бабьем Яру были расстреляны 33 771 евреев, в основном женщин, детей, стариков. Всего за время оккупации, по данным из разных источников, в Бабьем Яру погибло от ста до трехсот тысяч советских граждан. Вторая мировая война, до основания потрясшая человечество и оставившая трагические следы в истории многих народов и государств, втянутых в ее орбиту, сыграла фатальную роль прежде всего в судьбе еврейского этноса Европы. Жертвами холокоста — беспрецедентного в мировой истории геноцида нацистами евреев — стали почти 6 млн. человек, треть из которых были советскими гражданами.

   Расстрел осенью 1941 г. на окраине Киева в Бабьем Яре десятков тысяч евреев и поныне остается одним из самых трагических событий новейшей истории.

   24 сентября 1941 г. в середине дня раздался взрыв на Крещатике. Вслед за ним с пугающей периодичностью последовали новые взрывы, как и первый, очень большой мощности. В центральной части города начались сильные пожары. Последствия взрывов и пожаров были ужасающими: исторического центра Киева, составлявшего славу города, больше не существовало.

   Боевой операцией советских спецслужб по минированию центра города воспользовались оккупационные власти, использовав ее, как повод для акции по «окончательному решению» еврейского вопроса в Киеве.

   Можно только ужасаться оперативности, с которой была организована эта небывалая по масштабам казнь огромного количества людей. Уже 27-28 сентября на стенах домов, заборах и столбах появились объявления на грубой цветной бумаге с текстом на украинском, русском и немецком языках:

   «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября 1941 года к 8 часам утра на угол Мельниковой и Доктеривской улиц (возле кладбища). Взять с собой документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и пр. Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте, будет расстрелян. Кто из граждан проникнет в оставленные жидами квартиры и присвоит себе вещи, будет расстрелян» (В литературе приводятся разные варианты этого приказа, хотя по содержанию они одинаковы). Подписи под этим приказом не было.

   Оккупационные власти пунктуально и педантично готовились к проведению бесчеловечной акции: 25 сентября они приняли прибывшего в Киев главного начальника СС и полиции обергруппенфюрера СС Ф. Еккельна — уже сам по себе этот визит за три дня до расстрела говорит о многом. 26 сентября Еккельн провел совещание с участием чинов СС, полиции безопасности и СД у коменданта города генерал-майора Эбергарда, на котором был рассмотрен и утвержден план «мероприятия». Были подготовлены исполнители акции: вместе с вермахтом в город вошли подразделения, «специализирующиеся» на убийствах евреев — зондеркоманда 4а айнзацгруппы «С» под руководством штандартенфюрера СС П. Блобеля (Пауль Блобель, командовавший уничтожением евреев в Бабьем Яре, в Дробицком Яре (под Харьковом) и руководивший «операцией 1005» по сокрытию следов массовых убийств, был осужден в ФРГ к смертной казни и повешен в 1951 г.), части полицейского охранного полка «Південь», а также Буковинский курень, возглавлявшийся П. Войновским.

   С помощью городской управы было определено место расстрела — целая сеть яров длиной 2,5 км, глубиной — 20- 25 м, с одной стороны которых был пустырь, далее роща, а другая — упиралась в кладбище. Был выработан маршрут, назначено место сбора жертв (место сбора было указано не точно, улиц с такими названиями в городе не было — авторы приказа явно не знали города), отпечатано и расклеено по всему городу до 2 тыс. объявлений с приказом.

   Нацисты подготовили надежное обеспечение акции: кроме спецподразделения СС, на которое была возложена главная роль, была привлечена вновь созданная киевская полиция, задачей которой было обеспечение «порядка». Были проведены дезинформационные действия: распространялись слухи о переписи евреев, их переселении, проинструктированы тысячи управдомов и дворников. Было осуществлено множество других мер, последовательная реализация которых в крайне сжатые сроки свидетельствует о том, что, вступая в Киев, гитлеровское командование уже вынесло смертный приговор евреям города и заранее начало подготовку к их массовой казни. Весь комплекс мероприятий по подготовке небывалой карательной операции был завершен 28 сентября. Вермахт, СС и украинские «вспомогательные силы» действовали четко и слаженно. Командовавший эсэсовской айнзацгруппой «С» д-р Раше сообщал в Главное управление имперской безопасности, что «предусмотрена казнь, по меньшей мере, 50000 евреев. Вермахт приветствует эти меры и просит о радикальных действиях» (Ereignismeldungern UdSSR. Einsatzgruppen - im Reichssicherheitshauptamt Bundesarchiv der BRD, Koblenz, № R5 8/214-221. В 1947-1948 гг. 24 эсэсовца предстали перед американским военным судом в девятом Нюрнбергском процессе по делу айнзацгрупп и зондеркоманд. Было вынесено 14 смертных приговоров, двое преступников осуждены к пожизненному заключению, остальные — к различным срокам лишения свободы. Однако Раше избежал суда «по болезни». — Нацистских преступников к ответу. М., 1983, с. 37-38; Пшибыльский П. Между виселицей и амнистией. М., 1985. с. 115-117. — Авт.).

   С рассветом 29 сентября начался исход десятков тысяч стариков, женщин, детей в братскую могилу в Бабьем Яру. Расстрелы длились в течение пяти дней. Но наиболее интенсивными были первые два дня, когда погибла основная масса людей. К исходу пятого дня Киев стал городом, «свободным от евреев» — «юденфрай».

   О том, что происходило в районе Бабьего Яра, стало сразу же известно киевлянам. Детали и подробности, довольно скупые, появились уже после войны, причем из уст лишь нескольких человек, чудом спасшихся из братской могилы еще до того, как немецкие саперы подорвали края яра и засыпали его земляным пластом. Это свидетельства Д.М. Проничевой и И.Н. Егорычевой-Минкиной (Уничтожение евреев СССР в годы немецкой оккупации (1941-1944), с. 107-112, 309-313.), Р.Г. Дашковской, К.П. Белоусова (Л.Б. Пинзаветского), Е.Е. Бородянской-Кныш, Н. Эльборт, Альпериных, и, пожалуй, все. Есть несколько рассказов жителей Киева, русских и украинцев, провожавших соседей до места сбора, которые нельзя читать без волнения. Эта информация в СССР долгие годы была закрытой. Она была обнародована только через полвека, в 1991 г., в связи с 50-летием трагедии.

   В общих чертах рассказы воссоздают картину происходившего. Массы людей, двигавшихся из разных районов города, сливались в один поток на ул. Мельникова. В конце ее, возле противотанкового рва, загороженного «ежами», была создана «застава», за которой развернута невидимая с улицы походная канцелярия. Поочередно от толпы отделяли 30-40 человек и под конвоем вели «регистрироваться». У людей отбирали все документы и ценности. Документы в спешке бросали в мешки, а то и просто на землю, где они валялись толстым слоем. Затем евреев заставляли раздеваться и через проходы в насыпи выводили к краю оврага, на противоположной стороне которого на специально оборудованной деревянной платформе сидел пулеметчик. Под безжалостный кинжальный огонь пулемета ретивые киевские полицаи загоняли палками, плетьми, ногами растерянных, голых, совершенно обезумевших людей, не давая им опомниться, сориентироваться. Душераздирающие рыдания, крики полицаев: «Скоріше, швидше!», мольбы о помощи, проклятия палачам, молитвы, заглушаемые веселыми мелодиями вальсов, несущимися из громкоговорителей, рокот мотора кружащего над яром самолета...

   Наряду с Бабьим Яром, на Украине насчитывается более 630 мест массовых расстрелов нацистами евреев. Нередко люди, осмысливая эту трагедию, задаются вопросом: как же нацистские власти сумели настолько дезинформировать евреев, чтобы они сами шли в западню, на убой. Ответ до удивления прост. Гитлеровцы говорили то, чего от них ждали: «Население настроено против вас и в ваших интересах придется вас отселить». Такие ответы давали не только немцы, но и проинструктированные ими полицаи, дворники и др. И многие верили, хотя тень сомнения оставалась. Шокировало использование в приказе от 28 сентября слова «жиды», почти изжитого при советской власти, да еще и в сочетании с многократной угрозой расстрела. Советская пропаганда после августа 1939 г. запретила упоминания темы зверства нацистов по отношению к евреям. Пожилые люди, с 1918 г. помнившие говоривших на похожем на идиш немецком языке вежливых солдат кайзеровской армии, твердили: «Немцы с нами ничег не сделают, ведь это культурная нация. На зло они не способны».

   По утверждению наблюдавших то, что происходило 29 сентября после полудня, евреи, толпами шедшие в сторону Сырца, были окончательно запутаны и деморализованы. «Куда идете? Там стреляют!», — предостерегали люди, стоявшие на тротуарах. Некоторые из обреченных, по рассказам свидетелей, отвечали, что их, дескать, собираются обменять на немецких военнопленных, уже и эшелоны поданы на железнодорожную станцию Сырец, так что «не сбивайте нас с толку». Но большинство уже понимало: их ждет погибель. Тем не менее, шли. Почему? Смирились с судьбой? Думается, каждый осознавал: если даже незаметно выйти из толпы, свернуть в подворотню, переулок — все равно в сложившейся обстановке шансов на спасение нет...

29.09.2001. Доктор исторических наук Михаил Коваль.

Если Вас заинтересовала эта экскурсия, Вы можете заказать ее
по телефону: 206-33-22 (отдел приёма),
либо по e-mail: